Катрина Каиф / Katrina Kaif

[Галина]

Катрина Каиф: "Я буду, буду отныне"

Ее авантюрные гены полностью видны, когда она позирует, надувает губки и танцует перед камерой. Она выглядит светящейся, словно никогда в жизни не было дурных дней. Мы болтаем с ней меж дублей и лишний раз убеждаемся в том, что да, она покорила Болливуд за свое полуторагодовалое пребывание здесь.

"Но, наверное, я всегда буду здесь чужой, - признается она. - Я могу быть индианкой, но воспитывалась-то я в Англии, поэтому поведение у меня другое, которое здесь не приветствуется. За этим исключением, наверное, я хорошо вошла в русло. Я изучила все "за" и "против" киноиндустрии. Я знаю, как она работает. Я здесь".

Ее цель ясна: она хочет пробиться здесь. Для начала, она стала смотреть фильмы на хинди. Потом, научилась читать, писать и говорить на хинди гораздо лучше, чем в прошлый раз, когда мы встречались. "Над разговорной речью мне еще необходимо работать. Но все не так плохо. Я могу вытянуть длинный монолог", - невинно улыбается она.

А как насчет актерских талантов? "Это не мне решать - пусть говорят те, кто смотрел мой первый фильм на хинди, - быстро отвечает она. - Только тогда моя жизнь примет определенный курс. В данный момент я в преддверии ада жду, когда будут объявлены результаты", - говорит она, волнуясь, как студентка.

После паузы она продолжает: "Понимаете, не важно, сколько интервью я даю, в свольких показах мод я участвую и в скольких рекламных роликах снимаюсь, - судить меня всегда будут по тому, насколько я хороша в своих фильмах. Если недостаточно, все остальное не важно".

Фильм Давида Дхавана, уверена она, будет ее трамплином. Спрашиваю ее о фильме - и она говорит: "Это был великолепный опыт для девушки вроде меня - сняться в исключительно коммерческом проекте. Когда вы на съемочной площадке Давида Дхавана, нужно всегда быть на ногах, быстро реагировать. Он просматривает сцену, как если бы смотрел спектакль, - как зритель. Если ему не нравится, он говорит: стоп, не интересно!. Но все, что мы до сих пор снимали, весьма увлекательно".

А как ей работалось с Салманом, спрашиваю я с твердым лицом. Она отказывается признать себя побежденной. Спокойно замечает: "Он очень профессионален, с ним классно работать. Он добрый и отзывчивый. И очень умный. Он много себя вкладывает в свои сцены, и его партнершам это весьма помогает. Но все то же самое можно сказать и о Сохайле Кхане, и о Сушмите Сен. Они также очень помогали".

Но я продолжаю гнуть свою линию. Я хочу знать, отразился ли их заэкранный разрыв на съемочную площадку. Но она твердо парирует. Глазом не моргнув, она говорит: "Нам платят за то, что мы снимаемся в кино, за то что играем свои роли. И мы делаем свою работу. Когда я на съемочной площадке, меня не волнуют слухи. Всю свою энергию я направляю на сцены. Что кто-то может обо мне сказать, - меня не волнует".

А затем она с твердостью камня отметает все вопросы о Салмане Кхане. Вот что она говорит: "Многие актрисы выворачивают свои жизни наизнанку перед зрителями. Это работает на них. Но не на меня. Я не люблю говорить о своей личной жизни. Я не обсуждаю своих родителей, друзей публично. Так зачем мне обсуждать Салмана Кхана? - потом, театрально округлив глаза, добавляет. - В любом случае, Filmfare - журнал о кино, а не любовный роман". Я говорю ей, что она выучила правила шоу-бизнеса.

Но пресса приглашения не ждет: об отношениях было написано немало. Удивительно, но она утверждает, что нескончаемые вопросы прессы не нервируют ее. "Они просто делают свою работу, - наносит она рассчитанный удар. - Они будут задавать мне те вопросы, которые кажутся им интересными, и не те, которые бы я предпочла. Я могу лишь надеяться, что меня представят в правильном свете. И будут концентрироваться на том, что меня волнует".

Один из них - это Sarkar Рама Гопала Вармы. Начинающая актриса весьма взволнована тем фактом, что он пригласил ее в свой фильм и уже даже подписал контракт. "Знаете, слухи о том, что он подписал со мной контракт, курсировали задолго до того, как он это сделал. Куда бы я ни шла, меня все время спрашивали о его фильме, а я понятия не имела, что отвечать. Когда я познакомилась с Раму-джи, мы над всем этим посмеялись. Следующее, что я узнаю, - что он звонит мне и говорит, что хочет, чтобы я снялась в его фильме. Я была в шоке".

Потом она добавляет: "Пока о Sarkar еще не объявили, я сказала своему другу, как я хочу попасть в такой проект. Должно быть, я действительно очень этого хотела, что моя мечта сбылась. Я искренне верю в силу разума".

Она заявляет, что искренне счастлива тем, как продвигается ее жизнь. "Отныне все может быть только лучше и лучше. Есть еще несколько предложений, которые я рассматриваю. Я не спешу, как, наверное, и кинопроизводители. Все ждут, когда на экраны выйдет мой фильм, чтобы решить, куда ветер дует. Но это ничего".

Могут ли ее отношения с Салманом Кханом как-то повлиять на решение кинопроизводителей? Она не сдается. "Может, в индустрии есть некоторое сомнение, связанное с тем, чего я хочу. Но я думаю, что обо мне будут судить на основе моей игры. Если я понравлюсь, мне пойдут навстречу. И примут, независимо от всего остального. А мои так называемые отношения с кем бы то ни было уже ничего не будут значить".

Как вы можете видеть, Катрина не боится показаться неуверенной. Она выбирает сама и не ждет, что кто-то подскажет ей, что делать. "У меня нет человека, который бы мне советовал по поводу того, что выбрать, - замечает она. - То, что я сама по себе, создает определенные проблемы. Для меня все может окончиться завтра же. Я могу не понравиться индустрии. И что тогда? Вот почему я никогда не называю фильмы своим основным делом. Я могу так решить, а индустрия со мной не согласится".

Но заканчивает она позитивно: "Я не жалуюсь. Что бы я ни получила - это все равно больше, чем я надеялась. Иногда я начинаю сама себя жалеть: бедная я бедная, никого у меня нет, ну и бла-бла-бла. Но на самом деле я себя чувствую гораздо лучше, чем очень многие. Так о чем мне беспокоиться?" Ты это сказала, Катрина.

Filmfare (Print) - 12.2004
Перевод с английского: Jyoti